В День полного снятия блокады Ленинграда

27 января наша страна отмечала день полного снятия блокады Ленинграда. В этот день председатель ярцевской организации Совета ветеранов Валентина Сергеевна Василькова навестила оставшихся в живых жителей этого славного города и его защитников, чтобы выразить слова признательности и благодарности тем, кто выжил в тех нечеловеческих условиях, защищал и освобождал этот город.

Это жители блокадного Лениграда Эмилия Васильевна Бобович, Елена Павловна Дьяконенко, Тамара Григорьевна Сычёва и ветераны, освобождавшие город на Неве Михаил Фомич Исаев и Александр Васильевич Павловский. Этим людям очень тяжело вспоминать о том страшном времени, а учитывая то, что всем им далеко за 80, а некоторым и за 90 лет, подзабылось многое.

В предыдущих номерах газеты мы уже рассказывали о жизни и подвиге Михаила Фомича Исаева и Эмилии Васильевны Бобович. Сегодня мы делимся воспоминаниями ещё троих ярцевчан.

Елена Павловна Дьяконенко, жительница блокадного Ленинграда

Елена Павловна Дьяконенко

Петербуржцы Дьяконенко жили на Васильевском острове в доме с красивым видом на Неву. В большой квартире проживало три семьи. Отец сражался на Финской войне, мама работала на кожевенном заводе. Елене в ту пору было восемь лет, её сестре — десять. Зимой 1940 года отец вернулся весь израненный и вскоре умер. Великая Отечественная война, а затем и блокада Ленинграда стали для их семьи великим испытанием, о котором не забыть до конца жизни.

Когда в городе закончилась еда и ввели продуктовые карточки, которые по несколько дней не отоваривались, мама стала приносить домой кожаные лоскуты. Они их долго варили, а затем ели эту отвратительно пахнущую жидкость. В 1942-м мама умерла. Говорили, что произошло это от того, что она съела мёрзлые кусочки хлеба, полученные по карточкам, не дождавшись пока они оттают. Девочки остались на попечении своей тёти, которой было 18 лет. Каким чудом они выжили, она не помнит и не понимает. Наверно, это заслуга тёти, которая работала и приносила в дом скудный паёк, спасший их от смерти. После освобождения города девочки попали в детский дом.

Елена Павловна до сих пор боится холода. В памяти сразу всплывают страшные картинки блокады, когда мороз пронизывал все клеточки прозрачного от голода тельца, а согреться было нечем. Она даже больше помнит именно холод, так как говорит, что к голоду привыкли и есть даже не хотелось, а вот согреться они никак не могли.

Тамара Григорьевна Сычёва, жительница блокадного Ленинграда

Тамара Григорьевна Сычёва

Блокадница Тамара Григорьевна Сычёва, вспоминая свою жизнь, говорит, что война сначала отняла у неё отца. Он погиб в сентябре 1941-го при обороне Ленинграда. Потом это была не жизнь, а выживание в невыносимо тяжёлых условиях. Она не помнит, что ела, но помнит, как искала на улицах города то, что можно было сжечь в печке и хотя бы немного согреться. На Васильевском острове, рядом с домом, где жила их семья, была заброшенная воинская часть. Там они и собирали старые разбитые ящики, доски, коробки. Но и они вскоре закончились, и согреваться стало нечем.

Когда появилась возможность, семью эвакуировали в Архангельскую область. Уже оттуда они перебрались в Ярцево.

На вопрос, почему не вернулись домой, в Ленинград, Тамара Григорьевна ответила, что она была маленькая и такие вопросы не решала, а маме, наверно, было страшно возвращаться туда, где всё пропитано смертью.

Александр Васильевич Павловский в Ленинграде оказался в 1940-м году. Сюда он приехал вместе с такими же как и он подростками, чтобы получить специальность формовщика в ремесленном училище. Красивое четырёхэтажное здание возле Зимнего Дворца было полностью укомплектовано смолянами. Год учёбы, а затем война и блокада. В училище сначала опустел четвёртый этаж, затем третий, второй, так дошли до первого — ученики ремесленного умирали десятками.

Александр Васильевич Павловский, житель блокадного Ленинграда

Александр Васильевич Павловский

— Ленинград бомбили каждую ночь, как по расписанию, — вспоминает Александр Васильевич. — Мы ночью лазили по крышам, сбрасывали зажигалки, днём копали траншеи, стояли у станков, делали мины.

Затем оставшихся в живых ремесленников эвакуировали. Я доехал лишь до Рузы, там меня сняли с поезда и поместили в госпиталь. Только начал поправляться от одной болезни, как подхватил сыпной тиф. Пережил я и эту напасть, а после госпиталя оказался в Куйбышевском ремесленном училище. Там я приписал себе годик — и на фронт. Попал в пулемётное училище, затем более грамотных, а среди них был и я, отправили в танковое училище, находившееся в Свердловске. В 44-м я уже воевал в составе 3-го Белорусского фронта.

В Восточной Пруссии во время сражения под Иссенбургом танк Александра Васильевича был подбит. По счастливой случайности он остался в живых. К мирной жизни старший сержант Павловский вернулся в 1946 году. Грудь ветерана украшает множество медалей. Среди них: орден Отечественной войны II степени, медали «За оборону Ленинграда», «За победу над Германией».

После того как демобилизовался, Александр Васильевич поступил в Харьковский рентгентехникум. По этой специальности он работал в городе Подпорожье Ленинградской области. Там и встретил свою первую и единственную любовь по имени Роза. Но судьба распорядилась так, что пришлось вернуться на родину. Родители постарели, стали часто болеть и им понадобились внимание и уход. Сыновий долг не оставил выбора, и Александр поменял квартиру в Подпорожье на Ярцево и перевёлся в ярцевскую центральную больницу, где и работал рентгенологом до самой пенсии.

Александру Васильевичу уже 93 года, но он полон сил, а уютную жизнь в квартире сегодня променял на жизнь в небольшом домике в Пологах, где в окружении соснового бора чувствует себя более комфортно. А ещё он планирует обзавестись хозяйством и жалеет о том, что не подумал раньше об ульях с пчёлами. Было бы чем заняться, а не отлёживать бока на диване.

Наталья АКСЕНЮК